Эгоцентризм «в норме» (часть 2)

ehgocentrizm

Эгоцентризм такого рода подобен психологическому каркасу, это «леса» для работы над собой. Он доступен и детям. Не у всех в одно время, но в младшем школьном возрасте к этому уже есть достаточные предпосылки.

А именно:

1)в этом возрасте человек уже вполне может различать себя, с одной стороны, и свои вещи, свои дела, свое отношение к чему-то — с другой;

2) может оценивать не только качество работы, но и поступок и отношение. Для начала развития самоконтроля и самокритичности этого уже достаточно. Но необходимо еще учесть следующее.

1.      Подлинную самокритичность невозможно вызвать требованием, осуждением, упреками. Все это только нагнетает переживание эмоционального неблагополучия и тем заслоняет, загораживает перспективу исправления своих ошибок, неверного хода и т. п.

2.      Чтобы побудить к исправлению своего «промаха», к искуплению вины, к исправлению последствий проступка, необходимо уже в саму его оценку, в его констатацию включать надежду на исправление, с акцентом именно на этой перспективе — можно исправить, а не на том, как трудно это исправить! (Сейчас речь идет только о побуждении к действенной самокритичности, поэтому мы здесь не рассматриваем случаи, когда бывает необходимо показать и тяжелые последствия некоторых поступков и действий.)

3.      Помогая младшему увидеть свои ошибки, мы должны исключить страх перед ними. Страх перед возможным наказанием, порицанием за ошибку не может подвигнуть человека на ее признание перед другими, он может парализовать волю даже зрелого человека. Стоит ли удивляться, что ребенок или подросток прячет свои «грехи».

Рассматривая конкретное действие (поступок) младшего, не следует расширять объем того, что подвергается отрицательной оценке. Если человек поступил плохо, это еще не значит, что он плохой! В противном случае возникает чувство безнадежности и отверженности, чем убиваются ростки побуждения «исправиться». Притом, если за давностью может быть прощено (по закону!) 4. настоящее преступление взрослого человека, то тем более несправедливо и нецелесообразно припоминать подростку и прежние его «провинности».

5.      Детям необходимо видеть проявления подлинной самокритичности старших, знать, как это делается, заражаться потребностью исправлять положение. Наша попытка выглядеть перед младшим воплощением всех добродетелей, без единого пятнышка на совести, без слабостей, без ошибок и промахов — всегда приводит в конечном итоге к их разочарованию в нас, а значит, не приносит никакой пользы.

6. Приходится считаться с тем, что младшие быстрее заражаются тем, что легче, тем, что не требует усилий ума и души! Но то, что окрашено в светлые тона, их тоже привлекает! В памяти у каждого из нас найдутся примеры веселой самоиронии старших из нашего детства, когда, призвав на выручку юмор, кто-нибудь из них признавался нам, тогда еще молодым, что «свалял дурака»…

Маленькое отступление.

Мы, старшие, весьма далеки от совершенства во многих отношениях. И полезно — во всех отношениях — признать это прежде всего перед самим собой. А притворяться перед младшими не стоит. Это стреляные воробьи, их не проведешь. Какой смысл сердиться на них, наказывать их за то, что они видят нас такими, каковы мы на самом деле, какими мы предстаем перед ними! Тем более, что даже из своих минусов всегда можно извлечь нечто полезное для младших.

Вспоминается один преподаватель русского языка и литературы, Кузьма Семенович Пасекунов, который не умел читать стихов, не мог доносить их ритм, мелодику, смысловые нюансы. Непослушные модуляции его безнадежно тусклого голоса могли убить у слушателя не то что зародыш любви к поэзии, но саму мысль о допустимости создания стихов! И он, умный и добрый старший, понял это своевременно. Он выбирал чтецов из учащихся и заранее готовил их. В классе он обычно говорил так:

—      У меня очень некрасивый и непослушный голос. К тому же мне слон на ухо наступил! А так нужно, чтобы вам эти стихи понравились, ведь они чудо как хороши! Так что сам уж я не буду читать, простите мне это!..

И ему с удовольствием «прощали», ни в коей мере не лишая его уважения. Он сумел внушить любовь к своему предмету и оставил светлую, благодарную память о себе.

А вот маячит другой образ — не учителя, а ученицы. Такая остроглазая и склонная к иронии особа, Нина А. С шестого класса она приобрела у некоторых учителей репутацию «невозможной», «ехидной», «дерзкой и наглой». В то же время другие учителя ничего такого за ней не замечали, считали ее немного ленивой, но наблюдательной и остроумной. На педсоветах о ней обычно спорили двое. Классная руководительница считала, что к оценкам и суждениям этого подростка имеет смысл прислушаться, так как у девочки есть обостренное чувство справедливости (она даже сравнивала Нину с лакмусовой бумажкой). А преподавательница русского языка гневно требовала самого сурового наказания.

—      Это у вас она такая хорошая, у вас все хорошие! А вы бы послушали, что она себе позволяет! А позволяла она себе следующее. Если кто-то получал не заработанную пятерку, она могла с этакой ленивой задумчивостью сказать учительнице прямо в глаза:

—      Что-то очень уж щедро… С чего бы это?

А когда кто-то из «отверженных», несмотря на большие старания, получал за ответ неизменный трояк, слышалось сочувственно-ироничное:

—      Зря стараешься! Ты же в черном списке!

Если было задано выучить наизусть какие-нибудь стихи или отрывок, Нина осведомлялась со всевозможной учтивостью.

—      А вы сами уже выучили?

Учительница взрывалась, гремела, швыряла и топтала мел, кричала. Первую же паузу бессильной ярости неожиданно заполнял спокойный холодноватый голос:

—      И чего шуметь? Как вы, так и мы! Сами же требуете — с вас пример брать, учиться у вас…

Пожалуй, комментарии не нужны.

Принято самокритичность противопоставлять эгоцентризму: первая—«хорошая», а второй — «плохой»… Тысячи психологических исследований для конкретных врачебных задач привели к убеждению: резких и незыблемых границ между психологическими явлениями нет.

Итак, удобства ради мы назовем «нормальным эгоцентризмом» сознательную направленность внимания человека на себя, на свою личность с «деловой» целью. С этой направленностью связаны: самокритичность, самопонимание, самосознание, самооценка, самокоррекция, самоконтроль.

Начало

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.